Несколько слов о своде

“Джагфар тарихы” (“История Джагфара”) - единственный известный свод древнебулгарских летописей, дошедший до нас. Как и у многих других булгарских источников, у “Джагфар тарихы” - непростая и трагическая история.

Свод был написан в 1680 году по приказу вождя булгарского освободительного движения - сеида Джагфара - секретарем его канцелярии Иманом в восточной части Булгарии - Башкортостане. Видимо, сеид рассчитывал использовать этот труд для патриотической пропаганды.

Бахши Иман (судя по имени, он- башкортский булгар) блестяще справился со своей задачей, включив в свод наиболее ценные булгарские летописи: “Гази-Барадж тарихы” (1229- 1246 гг.) Гази-Бараджа “Праведный путь, или Благочестивые деяния булгарских Шейхов” (1483 г.) Мохаммед-Амина, “Казан тарихы” (1551 г.) Мохаммёдьяра Bу-Юргана “Шейх-Гали китабы” (1605 г.) Иш-Мохаммеда и некоторые другие.

Очевидно, свод сыграл свою роль - в 1681 году сеиду Джагфару удалось поднять в Булгарии освободительное восстание с целью восстановленйя независимого Булгарского государства. Но после поражний от царских войск под Мензелинском в 1683 году он отступил в глубь Башкортостана, где был схвачен изменившими ему феодалами и выдан русским властям. Дальнейшая судьба этого выдающегося булгарскрго деятеля нам неизвестна...

Неизвестна нам и судьба бахши Имана и подлинника его великолепного свода. Но зато мы знаем, как исчезают даже очень популярные книги. Так, от 16-го века до нас дошел единственный список сочинения Мохаммед Гали “Кысса-и Юсуф”, но и он загадочно погиб в 20-х годах нашего 20-го века.

Что касается “Джагфар тарихы”, то единственный известный нам список этого свода, написанный в 19 в. на “булгарском тюрки”, оказался в начале XX века в казахстанском городе Петропавловске (Кызыл Яре no-булгарски). Каким образом?

Кызыл Яр издавна был одним из центров булгарской культуры. В XIX в. сюда из Булгарии переселилось большое число булгар, поддерживавших тесные связи с Казахстаном с незапамятных времен. Кроме этого через Кызыл Яр пролегал печально знаменитый Сибирский тракт, по которому прошло на поселения и каторгу немало булгарских ссыльных. А в гражданскую войну через Кызыл Яр эвакуировались все оппозиционные большевикам силы, и среди них - видные деятели булгарского национального движения (Гаяз Исхаки и другие). Не исключено, что именно кто-нибудь из них мог оставить на хранение в Кызыл Яре бесценный список свода “Джагфар тарихы”. Нам неизвестно, у кого этот список был на хранении, но в 1939 году мой дядя Ибрагим Мохаммед-Каримович Нигматуллин (1916 - 1941 гг.) изложил в нескольких тетрадях на русском языке его текст. Причину этого объяснила мне моя мама - Рашида Каримовна Нурутдинова - сестра И. М.-К. Нигматуллина.

Согласно ее рассказу, в конце 30-х годов шло тотальное уничтожение булгарских книг и рукописей на национальном булгаро-арабском шрифте. Ради спасения свода “Джагфар тарихы”, поэмы Микаиля “Шан кызы дастаны” (865 - 882 гг.) и эпоса “Барадж дастаны” (XVI в.) И. М.-К. Нигматуллин изложил тексты их списков на русском языке. И вовремя. Кто-то донес на него, и он был вызван в отделение НКВД. Тогда за хранение “староалфавитных” фолиантов давалось, как минимум, десять лет сталинских лагерей. Но дядю отпустили. Это говорит о том, что список “Джагфар тарихы” был чекистами найден и уничтожен. А вот тексты на русском алфавите уничтожению не подлежали, и сотрудники НКВД, работавшие “строго по инструкции”, тетрадей дяди с изложением текста того же свода на русском языке не изъяли. Спасибо и на этом, как говорится...

В 1941 году, накануне Великой Отечественной войны, И. М.-К. Нигматуллин служил в Прибалтике, в пограничном городе Лида, и погиб вскоре после начала войны.

Моя незабвенная бабушка Латыфа, так и не поверившая вести о гибели сына, бережно сохраняла все его книги и тетради. В 1966 году, когда я готовился к поступлению в университет, она впервые открыла маленький чуланчик и передала мне все, что осталось от дяди. В 14 или 15 тетрадях, исписанных мелким почерком, излагались на русском языке тексты упомянутых булгарских произведений.

С той поры, в каждый приезд к бабушке, я выписывал из тетрадей дяди большие отрывки... В 1976 году Латыфа-аби умерла. Согласно ее завещанию, я забрал архив дяди к себе в Казань.

В начале 80-х годов я написал письмо в АН СССР, в котором предложил ей оказать мне материальную помощь для издания изложения “Джагфар тарихы”, но получил издевательский ответ. Тогда я решил написать и издать хотя бы конспект изложения текстов всех трех памятников, для чего перевез тетради и часть своих выписок на дачу отца. Конспект я написал. Но вскоре все тетради дяди и некоторые мои выписки были с дачи похищены. Уцелели лишь некоторые мои выписки, хранившиеся дома. Они содержат примерно половину изложения текста свода, большую часть изложения текстов “Шан кызы дастаны” и “Барадж дастаны”.

Уцелевшая после стольких испытаний часть текста свода “Джагфар тарихы” в изложении, сделанном на русском языке И. М.-К. Нигматуллиным, и предлагается вниманию читателя. В этом изложении даты были приведены по новому стилю. Читатель найдет в нем массу сведений о прошлом булгар, их предках и соседях и, я надеюсь, помянет добром наших летописцев и И. М.-К. Нигматуллина, спасшего их сочинения для потомков.

И, наконец, хочу сказать, что выход этой работы в свет был бы невозможен без огромной помощи моих родителей Г.-Х. Н. Нурутдинова и Р. К. Нурутдиновой, редактора вестника “Болгар иле” Р. Ш. Шарипова и секретарей клуба “Булгар аль-Джадид” Р. X. Ахметзяновой, Ф. X. Ахметзяновой и Р. М. Кадырова, которым я бесконечно благодарен.

 

Ф. Нурутдинов