Гази Барадж тарихы. Глава 1. Древнейшая история булгар

...Нет божества кроме Аллаха, а Мохаммад - посланник Аллаха!

...Милостью Всевышнего, по воле сеида Джагфара, я, его бахши Иман, нанизал на единую нить этого повествования жемчужины наших булгарских исторических сказаний - "Гази-Барадж тарихы", написанный со слов царя и эмира Гази-Бараджа его тебиром Гази-Баба Худжей, "Бу-Юрган китабы" сеида Мохаммедьяра, "Шейх-Гали китабы" муллы Иш-Мохаммеда..., а также слова и документы архива... сеида Джагфара, дабы сохранить память о деяниях нашего великого народа булгар... Не буду судьей описываемого, ибо не видел этого сам, а только Всевышнему ведомо, так ли было или нет.

Написал Гази-Баба. Рассказал Гази-Барадж.

Начало наших начал - в племенах имэн и синд. Габдулла ибн Микаиль Башту писал, что люди племени имэн жили разрозненными семьями по обоим берегам реки Амул, кишащей змеями, и занимались рыболовством, охотой и сбором плодов.

Из-за боязни змей люди не решались пересекать реку и рыбачили у берега. И только один из них - Боян был перевозчиком, и змеи не трогали его. А так как он один был связным между семьями обоих берегов и отличался смелостью и честностью, то люди избрали его своим вождем. Когда Боян постарел и, в довершение ко всему, заболел, то сыновья бросили его на произвол судьбы. Тогда он стал молить Всевышнего о ниспослании ему для вспомоществования сына. Творец выбросил на берег у его дома на столбах огромную рыбу, из левого уха которой в виде змеи и вышел на свет его младший сын Иджик. После смерти Бояна стали женщины племени рожать мертвых, и Иджик, собрав мужчин, удалился с ними вначале во владения своего брата Лаиша, а затем - в горы Хон. Здесь он стал владыкой благодаря мужеству имэнцев - отличных стрелков из лука. Покорившиеся ему кытайские тюрки ели полусырое мясо и никогда не мылись в воде, ибо происходили они от волка Чина и старались сохранять на себе свойственных ему вшей. Если вши очень уж досаждали, кытаи, подобно волкам, умерщвляли их зубами. Жены и девушки кытайских тюрков свободно совокуплялись с любым мужчиной, где только было можно. Вытерпеть вида этого люди имэн не могли. Взяв у кытаев нескольких девочек, не успевших приучиться к грязи и блуду своих матерей, имэнцы во главе с Иджиком стали переходить от одного тюркского поселения к другому, дабы не наблюдать подолгу мерзкую жизнь кытаев. Больших рек, пригодных для плавания, в горах не было, поэтому имэнцы ходили пешком. Но это было тяжело, и ИДжик велел людям научиться ездить на лошадях, какие имелись у кытайских тюрков. К своим приездам Иджик велел собирать народ и готовить угощение и дань. Во время пребывания он производил назначения, осуществлял судейство и давал наставления. Эти сборы называли джиенами... Для жизни среди тюрков имэнцам пришлось изучить их язык...

Когда девочки подросли, имэнцы, воспитавшие их по-своему, взяли их в жены и назвали себя и своих потомков хонами. Они никогда не сближались с кытаями из-за брезгливости, а те платили им ненавистью. Опасаясь мятежей, Иджик забрал к себе всех тюркских оружейников, одел в железные доспехи своих людей и их лошадей и запретил кытаям иметь боевое оружие и носить кольчуги. Отъявленных смутьянов из этого племени он велел бросать в набеги на Хин, дабы они били хинцев вместо хонов...

При потомке Иджика Тигане, прозванном за многочисленные победы над хинцами Хин-Батыром, стесненный хинский царь послал своих людей к кытайским тюркам и велел им передать: "Когда ваши предки жили под нашей властью, вы почти не ощущали ее тягости. Теперй вами жестоко правит малочисленный народ хонов, а вы, вместо того, чтобы помочь нам в борьбе с ними, воюете за них против нас. Умны ли вы? Уничтожьте же хонов - и вновь вернитесь под нашу благостную власть!" Услышав призыв царя Хина, кытаи ночью напали на ставку Хин-Батыра и перебили всех бывших в ней хонов. Жена Хин-Батыра успела бросить своего сына в реку Дуло в большом котле и тут же была окружена врагами. Ей отрубили руки и ноги, и она умерла в мучениях. Микаиль Башту в "Шан кызы дастаны" рассказывает, что олень, пришедший на водопой, выловил котел своими рогами и отнес мальчика в Семиречье. Там его приютил и вырастил царь масгутов Map. Он получил имя Газан, женился на дочери Мара, а род свой Дуло стал называть и Мардуан-Дуло. Между тем хоны, находившиеся в другом лагере, уже избрали нового царя - Хазара. Узнав об этом, Газан вместе с масгутами, названными им баджанаками, вторгся в царство Хазара. Хоны тут же перешли на сторону Газана, а Хазар бежал к кытайским тюркам и стал их вождем. Газан отбросил хинцев за реку Кубан-су и на ней утвердил свое знамя - войлочный шар красного цвета с разноцветными лентами на копье. Это было масгутское изображение алпа Ельбегена - крылатого змея, которому поклонялись хоны. Масгуты называли Ельбегена Бараджем. Это не нравилось хонам, у которых было свое изображение Ельбегена, и они потребовали от Газана заменить масгутское знамя на стяг Иджика. Царь не согласился и запретил даже и говорить об этом. 400 лет хоны терпели это унижение и копили ненависть к окружавшим род Дуло масгутам. Наконец, при потомке Газана Джилки терпение хонов лопнуло и большая часть их присоединилась к потомку Хазара Дугару, опиравшемуся на кытаев и тюркмен. Дугару, кроме этого, удалось получить поддержку башкортов, являвшихся смесью масгутов и урмийцев и говоривших на урмийском языке. Их кочевья находились к северу от баджанаков и к западу от гор Хон. Между горами Хон и пустыней Куман, к северу от Хина, кочевали кыргызы. Когда Дугар вторгся во владение Джилки и разбил его, некоторые масгуты бежали к кыргызам-канглы. Когда Дугар покорил этих кыргызов, часть их во главе с Сабаном ушла к баджанакам и там слилась в народ сабанов или баджанаков. Сабаны стали говорить на кыргызском языке, но более благородном, так как на него повлияло наречие масгутов. Кыргызская речь куманов, оймеков и других потомков кыргызов, называемых также кыпчаками - по имени кыргызского вождя, брата Сабана, Кыпчака, подчинившегося Дугару - звучит грубо из-за влияния речи кытайских тюрков. Позднее сабаны подчинились Дугару и настолько много взяли из языка его тюркмен, что некоторые стали считать их тюркменским племенем. А заимствование это произошло вследствие вхождения в состав сабанов нескольких тюркменских родов... Разбитый Джилки также принужден был подчиниться Дугару. Очень скоро, однако, не выдержав унижения, Джилки восстал, но был опять разбит и убит. Его сын Булюмар бежал с верными хонами и масгутами на запад. Нигде он не встречал особого сочувствия, ибо кому нужен разбитый и неимущий? К тому же всем были не по нраву претензии гордого Булюмара на главенство. При переходе через Семиречье большая часть масгутов отстала от хонов...

Булюмар очень хотел остаться в Семиречье, но племя тюркмен выступило против. Эти тюркмены были потомками некоторых кыргызов и тюрков, пришедших с Сабаном в землю масгутов и постепенно усилившихся. Они очень красивы внешне и говорят на приятном языке. В родственном кругу тюркмены весьма заботливы и добры, но за его пределами нрав их очень гордый и вспыльчивый, и они весьма неверны в своих союзах. Помимо всего прочего, они не желали никому подчиняться и не очень-то уважали и своих избираемых вождей. В Булюмаре они увидели угрозу своей независимости, и поэтому стали угрожать ему войной. Царь принужден был уйти к башкортам, которые приютили хонов и палучили от них название "сэбэрцы> ("союзники"). Башкорты, которых тюрки называли угырами, были своевольны, как и тюркмены. Они поклонялись алпу Бараджу, правда, называя его Маджаром. По их поверьям Маджар был покровителем Жизни... Якуб сын Нугмана писал, что Барадж жил вначале на горе Каф, а затем, когда алпы закрыли землю от солнца стеной, улетел в пустыню Куман, а затем - к башкортам.

Здесь он был радушно встречен народом и враждебно - вождем башкортов Чирмышем, считавшим своим предком Лебедя и желавшим, чтобы башкорты поклонялись именно Лебедю. В конце концов, бий коварно ранил Бараджа, и тот улетел в пустыню Куман, прокляв Чирмыша. Вскоре после этого Чирмыш умер в страшных мучениях, и башкорты уверились в том, что Змей был царем Жизни - Маджаром,..

Когда они приютили Булюмара, Дугар попытался коварно напасть на них под покровом ночи. Однако журавли криком предупредили башкортов об опасности, и те откочевали на запад вместе с хонами. Но шли они с Булюмаром очень недолго и отстали от него, так как посягательство царя на власть пришлось им не по нраву... Среди них выделялись два рода - ура и байгул. От них хоны восприняли привычку произносить слово "кан" в форме "хакан"...

В стране Идель, у реки Агидель движение хонов на время прервалось, ибо здесь было также государство хонского рода Буляр... Последний утигский правитель Буляра Джокэ-Утиг имел неосторожность сжечь гнездо Бараджа в угоду своей жене - мурдаске, потребовавшей от него возвести на этом месте город. В огне погибли все дети Бараджа, кроме одного, а сам он улетел на другое место и сказал на прощание Джокэ-Утигу: "Я всегда был покровителем хонов - и останусь им. Но ты за свое злое деяние умрешь от укуса моего последнего сына, а все твои дети будут убиты". Но этот бек не только не испугался, а, наоборот, по новому совету своей жены, занялся поисками хинских сокровищ в могилах своих предков. И вот когда он раскопал одну могилу, то из земли вместо человеческих останков явились кости лошади. Это был предупреждающий знак Тангры, но Джокэ-Утиг не внял этому предупреждению и продолжал копать. Тогда из-под костей выполз Змей, сын Бараджа, и укусил бека, отчего тот немедленно скончался... Его дети стали враждовать между собой, а затем, не желая передавать власть кому-либо одному из них, взяли и отдали царство Булюмару... Когда кан пошел дальше, они увязались за ним и все, кроме Баксу, погибли в боях. Баксу, опасаясь проклятия Бараджа, взял в жены тридцать девушек и заимел от них семьдесят сыновей. Но однажды в земле анчийцев на него напали галиджийцы и убили его вместе со всеми сыновьями...

Пойти на запад кана заставила бескормица. Вынужденно оставив свою ставку в государстве Идель или Старом Туране, Булюмар со своими... переправился через реку Агидель, называемую башкортами Атилем - в честь масгутского героя Атилле или Атилькуша. Здешние кара-масгуты, которых называли также сакланами, попытались воспрепятствовать этому, но были разбиты и во главе со своим бием Боз-Урусом бежали на Бури-чай. Но булгары, подчинявшиеся кара-масгутам, примкнули к Булюмару при поднятии им родного асского стяга Бараджа в виде войлочного Шара красного цвета с пучком разноцветных лент над ним. А надо сказать, что о древности племени булгар так рассказал сеид Якуб в своем "Кади китабы", основываясь на сведениях "Хазар тарихы" Абдаллаха бинэ Микаиля Башту: "...Камырцы - ветвь синдийцев. Они прозвались так потому, что верили в сказку об изготовлении Всевышним своей праматери - Камыр-Аби -, из теста. Камырцы так почитали ее, что давали ее имя и мальчикам. Они не потерпели того, что остальные синдийцы стали придавать каменным изваяниям верховного синдийского божества - Тара или Тангра - кощунственный вид простого человека, а не остроконечной каменной горы Самар с гладкими ровными склонами, и вернулись из Синда на прежнее место жительства - на реку Самар у горы Самар. Их область стали называть Туран... Однако, когда одна часть туранцев стала делать изваяния Тара из чистого золота, а другая - из глины, то третья оставила их и поселилась в другой местности, названной в честь прежнего местообитания - Самар. Их стали звать самарцами, а всех оставшихся - масгутами...

А словом "самар" синдийцы называли и самые красивые и высокие горы, из-за которых появлялось солнце.

На запад ушли те, кто называл изваяния словом "тарвиль". Их называли еще асами или арманами:

По пути некоторые переселенцы ослабли и были брошены остальными у подножий гор Каф в Азербайджане. Потом на них напали масгуты и на время подчинили их, превратив в своих рабов. Часть брошенных асов, не выдержав гнета, убежала в сакланские степи к северу, где получила название "колы", то ебть "рабы". Их также называли "ас-колы".

А переселенцы из Иделя, ушедшие дальше всех на запад, назывались булгарами... На новом месте они возвели, первым делом, огромную гору в честь Тара и назвали ее и свою страну - Самар. А расцвета своего эта держава каф-булгар достигла при царе Камыр-Батыре. Описания его жизни, имеющиеся в книге менлы Абдаллаха, весьма напоминают жизнеописания Юсуфа... Но после его смерти некоторые из самарцев загрязнили нечистотами воду, забыв, что она считалась также священной, ибо отражала их божество Тара. Разгневанное божество решило за этот грех затопить всю землю Самар, но вначале предупредило людей страшным гласом. От этого гласа сотряслась земля и попадали все листья с деревьев. Часть самарцев, испугавшись, ушла еще дальше на запад и прозвалась в память о знамении "агачирами", то есть людьми деревьев. Они достигли Мисра, где также некоторое время жили и построили немало гор - Самаров или Джукетау. Среди же оставшихся был один род самарцев, не оскорбивший воду. Всевышний пожалел его и даровал ему корабль для спасения, а потом затопил весь Самар. Когда вода вновь схлынула по воле Тангры, корабль остался на вершине горы Самар, а спасшийся род, назвав себя "Hay" ("Новым"), спустился с нее на землю. Этот род постепенно стал многочисленным и начал поклоняться и горе, и кораблю. Но часть его однажды возмутилась и стащила корабль вниз, считая, что никакая вещь не должна быть на Джукетау - священной молельной горе.

А внутри этой и других гор Самар они делали пещеру, где клали умерших людей. И если умирал муж, то жену его живой замуровывали в пещере с ним, а если умирала жена, выигравшая у мужа свадебный поединок, то вместе с ее телом живьем замуровывали в пещере ее мужа.

Когда с горы стащили корабль, большинство самарцев осудило виновников этого на изгнание. Тогда осужденные сели на этот корабль и, переплыв Сакланское море, поселились в Джалде и прилегающих к ней степях. А главенствовал над ними знатный рубака Таргиз или Тарсиз...

Переселенцы, которых прозвали "кимерцами" - искаженным словом "камырцы", стали после его смерти ему поклоняться. И в память о нем, говорят, в пору джиена прыгали через мечи, воткнутые в землю острием вверх.

Потом сюда пришли идельские булгары и изгнали одних, и покорили других кимерцев за прошлую обиду... Часть булгар вместе с подвластными Иделю кыпчаками отправилась преследовать убежавших кимерцев и, найдя там масгутов, стала бить и их.

Потом, вернувшись, булгары обнаружили, что поселенные в Саклане кыпчаки смешались с кимерцами и стали поклоняться Таргизу.

Тогда они изгнали их за это на реки Дэбэр и Шир. А от булгар, ходивших в Самар, пошли урусы, а от ширских таргизцев - мурдасы...

А агачиры были изгнаны из Мисра арабами и ушли в Сакланскую степь... Но здесь их недружелюбно встретили колы, которые превратили их в своих рабов... А оставшиеся в Самаре асы под названием асских булгар тоже, в конце концов, ушли в Яна Идель, на озеро Кабан и в Азербайджан, где воссоединились с тамошними булгарами- тюрками... Потом персы переселили тысячу тюрков Яна Иделя, частью которого был Арман, в Хорасан...

Потом пришла из Турана часть масгутов, ушедшая от остальных в степь Танг-Алан ("Каменная Поляна") и получившая поэтому прозвище "алан" ("полян"). А наши, испортив "Танг" в "Сак", стали называть их сакланами. И эти сакланы, присоединив к себе мурдасов и агачиров, разбили их врагов - колов и овладели степью побежденных... А их стали называть также кара-масгутами, в отличие от их сородичей - ак-масгутов, оставшихся в Тюркистане. А степь кыпчаков, простиравшуюся от Сулы до Агидели, стали именовать Сакланом..., а всех потомков асов, живших в ней - сакланами или аланами...

Позднее на Бури-чай пришли из Садума альманцы племени галидж и потеснили сакланов, которых называли по имени вождя Уруса "урусами". А потеснили потому, что сакланы затеяли войну с частью булгар, переселившихся из Азербайджана в Бурджан... А эти булгары тут же присоединились к хонам, когда те переправились через Идель...

Урус попытался выбить садумцев с берегов Бури-чая, но был разбит и убит. Тогда сакланы-урусы подчиняются хонам и склоняют Булюмара к нападению на галиджийцев.